Сосед:
Не видать тебя давненько,
Где ж ты пропадал, Алхас?
Алхас:
Был в аду, сосед, кромешном –
Влип я крепко в этот раз.
Сосед:
Кто же это так жестоко
Насолил тебе, мой друг?
Алхас:
Сам виновен, к огорченью, –
Алчность одолела вдруг.
Сосед:
О твоих делах злосчастных
От Зайнаба слышал я.
Алхас:
Расскажу сам все, как было,
От соседа не тая.
Табака пуд на базаре
Приобрел без суеты,
Пуда два к нему прибавил
Я картофельной ботвы,
Тмина, там, крапивы жгучей,
Травки разной полевой
И для веса я добавил
Тертой массы корневой.
Сосед:
Ах, чтоб дом сгорел твой! Столько
Диких трав в табак смешав,
Из людей дебилов мог ты
Сделать, заодно греша.
Алхас:
Погоди, имей терпенье,
Дай закончить мне рассказ.
Коль стаканами измерить,
Вышла тысяча как раз.
Табаком я три заполнил
Утрамбованных мешка.
По подсчетам получалось
Тысяч двадцать без лишка.
Я к Мусе, соседу слева,
Брата младшего послал
И, рублей ему дав двести,
Взял в аренду их осла.
Сосед:
Ну зачем, скажи на милость,
В дальний путь тебе осел?
Ты б арбу, автомашину
Иль хоть воз в пути нашел.
Алхас:
Помолчи ты, раз не сведущ
В тонкостях дорожных дел.
На базарчике Цахульском
Тоже интерес имел.
Сосед:
Ладно, ты себя не мучай,
Сократи рассказ с концов.
Вас понять не так-то просто –
Нрав особый у дельцов.
Алхас:
О-хо-хо, какой ты нудный,
Отравляешь речи суть.
Говорить с тобой не легче
Чем пройти тот жуткий путь…
Так, добрался до Дербента
К ночи, я часам к восьми.
Там в хлеву осла пристроил
И мешки в углу сложил.
Сторожу сказал, чтоб строго
За добром моим следил.
Сосед:
Сам, наверно, как корова
Спал беспечно до утра.
Алхас:
А в хлеву ослы и кони
Начали «махорку» жрать.
А когда их жажда мучить
Стала от такой «еды»,
Хором громким ором ржали,
Бились в поисках воды.
Сосед:
Вечером, башка пустая,
Не подумал ты о том,
Что мешки полны травою,
А не горьким табаком.
Алхас:
Да, услышав ор, в рубашке
Босый к хлеву побежал.
Торопливо снял щеколду
И на дверь плечом нажал.
А скоты того и ждали
Вмиг меня же сбили с ног
И в галоп по мне промчались.
(Как я жив, лишь знает Бог).
Ни меня не замечая,
Ни кровоточащих ран
Оголтелые скотины
Ринулись туда, где кран.
Сосед:
Если говоришь ты правду,
Не надуман случай твой,
Удивительное дело,
Что остался ты живой.
Дальше что происходило?
Алхас:
Кран открыть-то не могли,
С сильной жаждою животной
До вокзала все дошли.
Сосед:
Надивиться не могу я,
Что все было наяву.
Как же можно сбыть махорку,
Что скот принял за траву?
Алхас:
Да, да, зла мне не хватает,
До чего ж ослы глупы:
Отличить они не в силах
Ведь махорку от травы.
Три мешка, набитых туго,
Съели, глазом не моргнув.
Сосед:
Хоть мешки в хлеву нашел ты?
Их же должен ты вернуть.
Алхас:
От мешков один лоскут лишь
Обнаружил я в углу.
Вместе с пылью подметал я,
Что осталось на полу.
И когда навоз ослиный
От махорки отделил –
Только лишь стаканов двадцать
Смеси горькой получил.
Сосед:
Ах, чтоб ты не знал покоя,
Как ты мог такую смесь
Даже называть махоркой,
У тебя хоть совесть есть?
Алхас:
В тот момент о совести
Мог я размышлять как раз!
Пятисот рублей владельцем
Оказался я – Алхас!
Сосед:
А осел твой, чтоб он сдох,
Что он дальше натворил?
Алхас:
После десяти был город
Для хождения закрыт.
Днем в милицию ходил я,
Ночью плакал я навзрыд.
Изо дня в день, так неделю
Я искал везде осла.
В этих поисках без пользы
Я в конец совсем ослаб.
И уже домой собрался,
Сообщил кунак Касум,
Что осла сожрали волки
Возле города в лесу.
Сосед:
Как, скажи, теперь ответить,
Успокоишь ты Мусу?
За осла, уверен в этом,
Он отдаст тебя под суд.
Алхас:
А Муса такой упрямый,
Мать-отца не признает.
Ну, а суд торговым людям
Вовсе спуску не дает.
Сосед:
Здесь Мусу понять могу я,
На него не злись, Алхас.
Я и то не мог спокойно
Слушать этот твой рассказ.
Можно ли курить махорку
Из отборных сорных трав?
И, назвав тебя прохвостом,
Будет точно – каждый прав.
Нет в полях уже полыни –
Вся она ушла в табак.
Кто так продает махорку,
Тот народу злейший враг.
Посмотри, какое время,
Чем страна сейчас живет:
Враг стучится к нам в ворота,
Страшная война идет.
Ну а ты, Алхас, безбожно
Занят выгодой своей.
Мы хотим прогнать фашистов
Из священных рубежей.
Ты же – цены поднимаешь
Нужных воинам вещей.
Так нельзя, сосед, жить дальше,
Надо жизнь пересмотреть.
Не позволим мы подобным
Наносить народу вред.
Перевод М. Алимова